Рояль в гараже: воронежские музыканты записывают треки на аппаратуре прошлого века

В эпоху цифровых технологий пользоваться ленточным магнитофоном кажется почти таким же странным, как писать гусиным пером. Тем не менее Александр Окунев и Павел Филимонов предпочитают именно советскую аппаратуру. В чём технологии прошлого превосходят современные и почему хочется перенестись в 80-е годы прошлого века, музыканты рассказали TV Губернии.

Рояли в гараже

Александр учится в лесотехническом университете, Павел — в ВГТУ. Специальности, которые они выбрали, далеки от сферы искусства. Объединяет бывших одноклассников увлечение музыкой, а гараж Александра они превратили в творческую мастерскую.

Музыкальный гараж выделяется среди прочих. По бокам белеют две декоративные колонны, а на крыше возвышается 4-метровая деревянная башенка, увенчанная звездой. Александр сделал эту конструкцию, вдохновившись шпилем МГУ и воронежской башней-сталинкой на Девицком выезде. Внутри обстановка тоже отсылает к советской эпохе. Буфет с посудой, старые книги, бюст Ленина. На стенах — вымпел «Победителю социалистического соревнования», панно, советский плакат и табличка с проходной снесённого воронежского хлебозавода № 1. Как объяснил хозяин, всё это отсылка не только к прошлому страны, но и к семейной истории.

— К этому хлебозаводу у меня особое отношение, — рассказал Александр. — Рядом с ним была музыкальная школа, где я учился по классу фортепиано. А сразу после войны этот завод восстанавливала моя прабабушка. Время было голодное, и её пятилетняя дочь, моя бабушка, ходила к стене завода, чтобы понюхать аромат хлеба.

Большую часть пространства гаража занимает не автомобиль, а два старинных рояля и пианино.

— Вот этот, — показывает Александр, — сделан знаменитой петербургской фирмой «Шрёдер» в 1890 году. Мне его отдали на «Авито» всего за 5 тысяч. Второй рояль я нашёл две недели назад на улице Карла Маркса. Кто-то его выбросил, а я забрал и настроил. Он сделан до революции в Казани, и цена инструмента может составить 100-200 тысяч рублей. Но сейчас, к сожалению, упадок фортепианной культуры. А пианино «Красный октябрь» 1953 года выпуска мне отдали бесплатно.

Ещё один «рояль» стоит в буфете. Бутылку из-под знаменитого в 90-е годы спирта Александр нашёл в подвале и оставил на память.

Музыка из детства

В школе, где учились друзья, был ансамбль под названием ВИА «Лидер». Павел играл в нём на бас-гитаре, Александр — на клавишных.

— Мы играли в основном то, что слушала в молодости наша руководительница, — вспоминает Павел. — Музыка 80-х годов, прежде всего советская эстрада —
песни Юрия Антонова, «Любэ»… И сегодня в своём творчестве мы опираемся на то, что играли в школе, на чём росли. Музыку и тексты мы с Александром пишем независимо друг от друга, но в своих пристрастиях едины.

К современной поп-музыке отношения не имеем.

Когда в 2020 году начались ковидные ограничения, репетировать в школе стало нельзя. Тогда Александр решил превратить в музыкальный клуб обычный металлический гараж во дворе дома. Разобрал хлам, сделал ремонт, и с тех пор в свободное время здесь можно уединиться и помузицировать. Или же, наоборот, пригласить друзей и вместе обсудить творчество.

— Часто люди пытаются в стихах или музыке выплеснуть негативные эмоции, — говорит Александр. — У меня же совсем иной подход. Когда плохое настроение, я пишу не о плохом, а о хорошем, чтобы компенсировать, а не выговориться. Вот стихотворение «Я ждал тебя, моя весна» написано в ноябре. В то время мне очень не хватало весны и цветов.
Стихотворение на листе бумаги, которое дал мне Александр, как будто создано
не в прошлом году, а в прошлом веке. Иллюзия достигается не только классическим размером и привычными рифмами. Текст не набран на компьютере, а отпечатан на пишущей машинке — так гораздо атмосферней.

Ради особой атмосферы и музыку друзья записывают с помощью старых технологий.

Живой звук

Свои композиции Александр и Павел записывают методом наложения. Так называется техника, при которой отдельные звуковые дорожки записываются и накладываются друг на друга поверх уже существующих. Запись по частям занимает больше времени, чем одновременное исполнение всех инструментов, но делает звук богаче и объёмнее. И позволяет создавать полноценные аранжировки. Этим методом записывали музыканты в 80-е годы.

Техника, на которой ведётся запись, соответствует способу.

— Мы пишем на катушечных магнитофонах, — поясняет Павел. — Качество его в несколько раз выше, чем кассетного. Вся аппаратура — 80-х годов прошлого века. Ищем её на интернет-площадках, где она часто в нерабочем состоянии. Неисправное чиним. Трудно сформулировать, какую цель при этом преследуем. Могу лишь сказать, что когда ты нашёл старую железку, привёл её в нормальное состояние и работаешь с ней — это приносит невероятное удовольствие.

Александр демонстрирует мне чудо позднесоветской техники — магнитофон «Иссык-Куль» 1988 года выпуска. Тогда этот аппарат стоил несколько месячных зарплат — целых 820 рублей! В наши дни его продали всего за 5 тысяч вместе с катушкой.

Порой бывает проще найти старое оружие, чем патроны к нему. Нечто подобное и со звукозаписывающей аппаратурой. Обычная магнитофонная лента советского производства сейчас уже находится в отвратительном состоянии, или стоит слишком дорого. Друзья нашли необычный выход. Они используют ленту из видеокассет.

— Лента в кассете вдвое шире, чем требуется, и она разрезается пополам, — объясняет Александр. — Я смастерил для этого станочек. Он режет ленту вдоль, потом наматывает на катушку. Видеокассеты сегодня продают за копейки или отдают даром, и плёнкой для звукозаписи мы обеспечены надолго.

Александр признаётся, что пытался пойти ещё дальше вспять времени — записывал музыку на рентгеновских снимках. Однако качество самодельных пластинок «на костях» оказалось ниже всякой критики, и от этой идеи пришлось отказаться.

Время, назад!

Александр и Павел не выглядят технологическими староверами и в повседневной жизни свободно пользуются современными гаджетами. Но в творчестве предпочитают обходиться без них. Это продиктовано и стремлением вложить в музыку больше души, и уважением к ушедшей эпохе.

— Не думаю, что в 80-е годы все были лучше, — рассуждает Павел, — в каждом поколении есть разные люди. Но сейчас мы переполнены информацией, а тогда люди жили более размеренно. Они читали книги, имели возможность подумать, осмыслить прочитанное. То же самое и с музыкой. Сегодня она сопровождает человека везде, звучит в наушниках фоном. А тогда, чтобы послушать музыку, надо было прийти домой и включить магнитофон или проигрыватель. Это настраивало на определённый лад, усиливало действие искусства.

Современные технологии позволяют то, что в 80-е годы казалось невозможным и фантастам. Нейросети сегодня могут сочинять стихи и музыку в считанные секунды. Но Александр и Павел уверены, что это сочинительство не имеет ничего общего с настоящим искусством.

— Когда творчество исходит от машины — это фальшивка! — считает Александр. — Меня огорчает, когда люди принимают созданное нейросетью за чистую монету. А некоторые понимают, что перед ними искусственный продукт, и всё равно его потребляют. Я считаю, что творчество — самое прекрасное, что есть у человека. И когда его перепоручают машине, люди сами себя обкрадывают.