«Страшные истории на ночь мне рассказывал дед»: воронежец стал популярным писателем в жанре хоррор

Все мы помним детские страшилки, которыми сверстники пугали друг друга в лагерях отдыха или на дворовых посиделках. Но и повзрослев, многие люди сохраняют тягу к страшным историям. Хоррор (ужасы) – весьма популярный жанр художественных произведений. В чём притягательность ужастиков, как превратить бытовую рутину в хоррор и сколько за это платят, рассказывает воронежский писатель, работающий в жанре хоррора, Евгений Шорстов.

Страшилки нашего двора

Страх – эмоция, присущая каждому человеку. Психологи утверждают, что она даже полезна, поскольку, выстраивая границы между освоенным и неизвестным, включает механизмы защиты от угрозы. То есть страх помогает человечеству выживать.

Отсюда, наверно, и тяга многих людей к страшным историям в книгах и кино. Они позволяют нам испытать страх в безопасной обстановке: испуг тут – тренировка реакций организма, а резкий подъём тревожности сменяется приятным чувством безопасности: «это же не со мной, это понарошку».

25-летний воронежец Евгений Шорстов на хмурого повелителя тьмы совсем не похож. Сын школьной учительницы и инженера, бывший студент истфака ВГУ, он живёт в обычной панельной девятиэтажке, к окружающей действительности относится с лёгким юмором и с улыбкой делится историями о монстрах из своих произведений:

– Сложно сказать, почему меня зацепил именно этот жанр. У меня с детских лет была забава: придумывать, как жутко могла бы повернуться обычная бытовая ситуация. Всё началось со страшилки, которую я услышал от старших ребят во дворе. Вернулся домой под впечатлением и стал выпытывать у родителей, не знают ли они других таких историй. Папа тогда рассказал про тёмную-тёмную комнату и такого же цвета скелет в гробу. От страха я едва не подавился ужином. Вот, наверно, в тот момент и зародилась тяга к ужастикам.

Богатая фантазия передалась Евгению от дедушки, который, чтобы внук не «бесился», усаживал маленького Женю на диван и начинал рассказывать какую-то страшную или детективную историю, которую придумывал на ходу. Первые собственные страшилки автор не записывал, а обкатывал на друзьях: травил байки про НЛО, маньяков с бензопилами и «Красный куст», где якобы собирались ведьмы, – легенду, которой пугали детей в его родной деревне Малая Верейка.

– Первой же моей рукописью в жанре хоррора можно назвать коротенькую историю о парне, который увидел в зеркале страшную женщину в окровавленном белом платье, – вспоминает Евгений. – Изюминка истории была в том, что я заранее предупреждал и читателя, и слушателя: «Нельзя оборачиваться, пока рассказ не закончится!». Друзьям понравилось, и я начал публиковать истории анонимно в интернете на разных тематических сайтах абсолютно бесплатно, ради интереса и первых отзывов. И внезапно их приняли очень тепло. Это мотивировало меня писать дальше уже под своим именем. Критика пришла позже, когда у меня выросла аудитория.

Маркер успеха

К критике Евгений относится спокойно, хоть и признаётся, что первые негативные отзывы заставляли понервничать:

– Сначала я пускался в комментарии, чтобы объяснить, если человек что-то не понял. А потом понял, что объяснения никому не нужны, и как-то успокоился. Я подумал: странно, что среди тысячи положительных отзывов мне запоминается один негативный, и научился их пропускать. Иногда я делаю пометки, если критика обоснованная, но близко к сердцу не принимаю.

Метод построения сюжетов у автора остался ещё с детства, когда во время вечерних прогулок он поддевал друзей вопросами о том, что они будут делать, если из кустов выскочит жуткая тварь или в заброшенном здании обнаружится открытый гроб. По такому же принципу выстраиваются и его произведения: герои в них не ищут приключений нарочно, всё ужасное происходит внезапно.

– Ужасы – понятие растяжимое, внутренних жанров в хорроре предостаточно, чтобы один автор был совершенно не похож на другого. Хотя все стараются напугать читателя – это непременное условие жанра, – размышляет писатель. – Не обязательно, чтобы весь рассказ был страшным, достаточно лишь одного жуткого элемента. Например, как у Чехова в «Спать хочется»: весь рассказ тебя подводят к финалу, в котором служанка убивает ребёнка. Да, это не хоррор, а драма, даже трагедия, но страшно-то по-настоящему. Хороший хоррор – в неожиданности, но не примитивном внезапном ужасе, когда на тебя выскакивает монстр, а когда ты даже не ждёшь, что тебя тут напугают. Я стараюсь писать так, чтобы самому было страшно. Это один из главных принципов в моей работе с хоррором. Если в процессе я беру паузу, чтоб отдышаться или сходить за стаканом воды, то – вне сомнений – всё идёт как положено.

Многие истории рождаются из собственных впечатлений. Прошлой весной во время поездки на кладбище писатель наткнулся на жутковатые памятники: на одном не было ни имени, ни фотографии, а на другом стояло два имени и только одна дата смерти – судя по всему, памятник изготовили заранее для ещё живых супругов. И у Евгения возникло сразу несколько сюжетов, например, о чувствах человека, смотрящего на собственное надгробие.

– Байками, которые могут стать основой рассказа, меня также щедро снабжают подруги из мединститута, а ребята в деревне всегда с охотой пересказывают легенды, услышанные от своих дедушек и бабушек. Да и на любой встрече с родственниками кто-нибудь обязательно попросит написать рассказ по его истории, – добавляет он.

Близкие к мрачным сюжетам Евгения относятся с настороженной любовью. Зато у автора есть безотказный маркер успеха: если в подаренной им книге торчит закладка – значит, читают, а не используют как подставку:

– Мама меня поддерживает, хоть и настойчиво просит, чтобы я сменил жанр, потому что ей страшно. Папа гордится, сестрёнка фанатеет, а любимая вообще является самым драгоценным редактором и корректором, через которого проходят все работы, черновики, наброски и зарисовки.

В Cети и на бумаге

Писатель активно использует возможности аудиоформата. В соцсетях и на видеоплатформах существует целый пласт чтецов, которые покупают рассказы и озвучивают авторов ужасов, набирая сотни тысяч просмотров. За один рассказ среднего объема (3 тыс. слов) платят около 5 тыс. рублей.

На аудиорассказы Евгения Шорстова обратило внимание крупное московское издательство и предложило опубликовать бумажную книгу. Выпуск тиража для автора оказался бесплатным – коммерческие риски взяло на себя издательство, а писатель теперь получает регулярный роялти от продаж. Сейчас сборник «Мой ласковый и нежный Мрак», который объединяет рассказы, написанные с 2018 по 2021 год, продаётся на маркетплейсах и в книжных магазинах Москвы и Санкт-Петербурга. Евгений надеется, что когда-нибудь его книги будут и на полках воронежских книжных магазинов.

А первую свою вышедшую на бумаге книгу – роман «Превенция» — Евгений издавал сам.

– Печать одного экземпляра стоила примерно тысячу рублей, – делится автор. – Обложку для неё тоже делал сам в редакторах изображений. Я часто таким образом создаю обложки – сначала генерирую в нейросети, а потом редактирую своими руками. Но я никогда не использую нейросеть в текстах. А некоторые истории мне иллюстрировали друзья.

Евгений пишет не только хоррор. Есть у него и рассказы о любви, а в последние годы он стал писать сатирические произведения: по словам Евгения, небольшие юмористические очерки многим нравятся, их охотно печатают и публикуют. В дальнейшем он планирует собрать все «не ужасные» рассказы в большой сборник.