Николай Нилович Бурденко был выдающимся врачом, организатором здравоохранения, учёным и педагогом. За подвиг на поле боя он получил Георгиевский крест. Был удостоен российских и советских орденов, стал Героем Социалистического Труда. Несколько лет своей яркой жизни Николай Бурденко провёл в Воронеже, где его имя носят сегодня улица и медицинский университет. «TV Губерни» решила напомнить читателю о человеке, который посвятил свою жизнь спасению чужих жизней.

Несостоявшийся священник

Николай Бурденко родился 3 июня (22 мая по старому стилю) в мещанской семье. Его дед был управляющим у помещика. За честность и усердие получил от своего господина вольную и 100 рублей, перебрался в город и стал работать приказчиком у купцов. Отец, Нил Карпович, тоже служил управляющим у помещика, но уже по вольному найму.

Семья не бедствовала, однако дать всем восьми детям достойное образование было тяжело. Николая в 1886 году определили в Пензенское духовное училище. «Отвезли меня с плачем и оставили с плачем», — вспоминал впоследствии Бурденко. Следующим этапом образования стала Пензенская духовная семинария. Николай не отличался особенной религиозностью. Но родители решили, что их выбор позволит сыну учиться и жить за казённый счёт, а затем стать уважаемым и обеспеченным человеком.

Будущих священников учили составлению и произнесению проповедей, что очень пригодилось впоследствии, когда профессор Бурденко читал лекции студентам. А в стенах семинарии он своей проповедью растрогал самого архиерея. Бурденко досталась тема о вреде пьянства в народе. Слушатели не знали, что отец семинариста пристрастился к этой привычке и потерял место управляющего…

Успешно закончивший обучение Николая Бурденко получил направление в Петербургскую духовную академию. Однако он решил избрать другой путь в жизни. В 1897 году Николай Бурденко стал студентом медицинского факультета Томского университета.

Две марки в дорогу

Отказываясь от учёбы и службы по духовному ведомству, Бурденко обязался вернуть семинарии 405 рублей, потраченных на его обучение. Денег на жизнь в далёком сибирском городе и плату за учёбу в университете не было. Семья дружно осудила выбор Николая. Отец вручил ему на прощание две почтовые марки, чтобы сын мог написать, когда будет умирать с голоду.

В первый год студенчества Бурденко подрабатывал репетиторством и другими способами. Но при этом учился так, что сдал все экзамены на «отлично» и заслужил стипендию — целых 500 рублей в год! Старший брат Николая, работая телеграфистом, получал 24 рубля в месяц.

Стипендия позволила не отвлекаться на заработки и сосредоточиться на учёбе. Первый раз вскрывая на занятиях труп, Бурденко потерял сознание. Но сумел перебороть себя и всерьёз увлёкся анатомией.

На втором курсе Николая исключили из университета за участие в студенческих беспорядках. Благодаря заступничеству профессоров талантливому студенту удалось продолжить учёбу. Но оставаться в Томске с клеймом неблагонадёжного он не стал и подал прошение о переводе в Дерптский (Юрьевский) университет. В этом университете когда-то преподавал кумир Бурденко — великий хирург и военный врач Николай Пирогов.

На полях сражений

Учёбу в эстонском городе Дерпте Бурденко прерывал дважды. На четвёртом курсе по призыву земства он отправился в Херсонскую губернию на борьбу с эпидемиями. А вскоре после начала русско-японской войны Николай вступил в санитарный отряд из врачей, ассистентов и студентов, с которым выехал на фронт.

Бурденко получил должность помощника врача, но выполнял обязанности и доктора, и фельдшера, и санитара. В сражении под Вафангоу санитарный отряд находился «в резерве», то есть бездействовал. Бурденко самовольно взял перевязочный материал и отправился на позиции. Под огнём японцев он оказывал солдатам первую помощь, пока сам не был ранен в руку. За этот подвиг помощник врача Бурденко был награждён Георгиевским крестом.

Японская война не только дала Николаю Ниловичу богатую врачебную практику, но и заставила задуматься об организации военной медицины. По наблюдениям Бурденко, «больше половины раненых умерло не от тяжести ран, а от потери крови и отсутствия первой помощи».

После возвращения в Дерпт Бурденко блестяще сдал экзамены и получил диплом с отличием, а в 1909 году защитил докторскую диссертацию. К началу Первой мировой Николай Нилович был уже признанным учёным-хирургом. В 1914 году он подал прошение «об отпуске на время войны» и поступил в распоряжение российского Красного Креста при Северо-Западном фронте. По воспоминаниям Бурденко, «начальником санитарной службы был какой-то отставной генерал, который хорошо разбирался в вопросах виолончельной игры и совсем не понимал вопросов санитарной службы».

Бурденко проводил большую работу по организации военной медицины. Профессор создавал госпитали и перевязочные пункты, учил молодых врачей и оперировал сам. В 1917 году во время поездки на фронт он получил вторую контузию, от которой начал терять слух.

Работа в Воронеже

Летом 1917 года Бурденко вернулся к научной работе. Но в 1918 году территория Эстонии была оккупирована немцами, и советское правительство решило перевести университет из Дерпта в Воронеж. Среди 39 профессоров и 45 преподавателей, которые отправились в Россию, был и Николай Нилович.

В Воронеже Бурденко стал одним из главных организаторов нового университета. В условиях разрухи он развернул в городе свою клинику, преподавал, вёл научную работу. Помимо этого, профессор участвовал в создании военных госпиталей и состоял при них консультантом, делился с врачами своим богатым опытом.

Преподавателей в новом университете не хватало, и Бурденко наряду с хирургией читал лекции по нервным, кожным и венерическим болезням, гигиене и судебной медицине. Когда в феврале 1923 году Николай Нилович переезжал в Москву, воронежские студенты несли его на руках до вокзала.

На безмерное уважение к профессору не повлиял даже его характер. Как вспоминал один из коллег Бурденко, «Николай Нилович был очень суровым человеком. Он до ненависти не переносил во врачах неловкости, ротозейства, замедленной реакции, неряшливости и неаккуратности в работе».

Фанатично преданный своему делу, Бурденко требовал такого же отношения от других. О его строгости ходили легенды. Он мог позвонить вечером в клинику и потребовать у врача тут же сообщить температуру его пациентов, а утром проверить эти сведения.

Основатель нейрохирургии

В Москве Бурденко начал работать над проблемами нейрохирургии, которыми интересовался со времени русско-японской войны. В 1934 году он стал директором Центрального нейрохирургического института — первого в мире научного учреждения этого профиля.

Другим направлением работы Бурденко была военно-полевая хирургия. Во время войны с Финляндией он выезжал на фронт для руководства хирургической помощью в действующей армии.

В первые дни Великой Отечественной Бурденко был назначен главным хирургом Красной Армии, а в 1944 году ему было присвоено звание генерал-полковника медицинской службы. Летом 1941 года Бурденко объехал 2 тыс. км прифронтовой полосы, осмотрел десятки госпиталей и проверил организацию медицинской помощи на местах. На переправе через Неву был контужен во время бомбардировки. В конце сентября 1941 года Николая Ниловича поразил инсульт.

Несмотря на подорванное здоровье и полную потерю слуха, Бурденко продолжил работу. За годы Великой Отечественной войны советские медики вернули в строй 72,3 % раненых и 90,6 % больных воинов. В этом выдающемся результате есть немалая заслуга и Николая Бурденко.

Даже будучи тяжело больным, он не переставал заниматься наукой. За 10 дней до смерти учёный закончил свою последнюю работу — доклад об огнестрельных ранениях. Всего же Николай Бурденко написал свыше 400 научных трудов.