Артисты жили впроголодь: каким был воронежский театр в первые годы советской власти

Архивариус Воронежского драматического театра им. Кольцова, историк и исследователь театра Николай Тимофеев написал книгу «Театральная жизнь Воронежской губернии 1787-2023». TV Губерния делится любопытными фактами и историями из неё.

Массовые зрелища

«Во время революций конфликт между разными социальными слоями принимает самую жёсткую массовую форму. Театр тотчас же соответствует этой массовости», — пишет Николай Тимофеев. Появляется большое количество театральных трупп, соперничающих между собой формой, содержанием и обращающихся к разным слоям населения.

 Даже названия  театров Воронежа тех времён подчёркивают классовый адресат их деятельности. Зимний городской театр (сегодня это театр драмы имени А. Кольцова) переименовывают в БСТ – Большой советский театр. Тотчас же в Народном доме (здание располагалось на проспекте Революции, южнее дома № 8) возникает Малый советский театр. В здании кинематографа «Палас» (позже здесь появится кинотеатр «Юность) открывается Свободный театр под руководством Давида Гутмана, который пропагандирует идеи синтетического зрелища, сочетающего оперные, балетные и драматические сцены. 

Давид Гутман

Затем в том же помещении появляется Театр вольных мастеров под руководством Арсения Ридаля.

Конечно же, их создатели стремились не отставать от театральных деятелей Москвы и Петербурга, где вызывали жгучий интерес эксперименты Всеволода Мейерхольда, Александра Таирова, Николая Евреинова, Константина Марджанишвили, Евгения Вахтангова. На сцене БСТ в 1918 году была представлена «Мистерия революции», а в 1919-м  – пьеса наркома просвещения РСФСР Анатолия Луначарского «Фауст и город». К слову, автором рецензии на  эту постановку в газете «Воронежская коммуна» был начинающий писатель и журналист Андрей Платонов.

Романтики в холодных стенах

С 1917 года культурная жизнь Воронежа была разнообразна и многопланова. Театры, концерты, открытие Высших театральных мастерских на базе Свободного театра… В Доме общественного собрания шли спектакли «Павел I», «Смерть Иоанна Грозного», «Плоды просвещения». Театры соперничали друг с другом, удивляли яркостью и многообразием сценических постановок.

 Но началась Гражданская война, а с ней голод и разруха. В октябре 1919-го Воронеж захватил казачий отряд атамана Шкуро. Недолго он командовал в городе, но, как свидетельствуют современники, покидая его, увёл с собой лучших актёров, а вслед за ними добровольно ушла и балетная труппа.

К зиме 1920 года в городе остался только БСТ, директором и режиссёром которого была актриса оперетты и антрепренёр Елизавета Алези-Вольская. Репертуар тех лет составляли, в основном, оперетты, комические оперы, комедии лёгкого содержания – «Гейша», «Дочь улицы», «Тайны гарема», «Ночь любви», «Мужья шалят». Правда, в конце сезона были поставлены спектакли «Отец Сергий», «Бесприданница» и «Свадьба Кречинского».

В противовес БСТ в 1922 году в Народном доме возник Общедоступный театр, которым руководил Яков Лейн. В составе его труппы играла прекрасная Мария Свободина-Барышева, блиставшая в ролях Елены Андреевны («Дядя Ваня»), Сары («Иванов»), Катерины («Гроза»), баронессы Штраль («Маскарад»).

Яков Лейн

Сама жизнь театров в 1920-е годы была без преувеличения спартанской. Спектакли часто играли в холодных полупустых залах, где нередко отключалось электричество. Артисты жили впроголодь. За работу получали копейки, и то не всегда. Но в сердцах романтиков ещё была надежда на светлое будущее. Очень быстро её погасила всё более давящая государственная машина. 

Для членов профсоюзов

Цензуру в театре осуществлял Главлит при Наркомпросе РСФСР. В 1923 году при Главлите появился Главрепертком. Он контролировал репертуар всех зрелищных мероприятий, мог закрывать театры. Надзор за проведением в жизнь постановлений Главреперткома возлагался на НКВД.

В результате к 1923 году многие театры перестали существовать. А их организаторы, талантливые мастера, покинули Воронеж в поисках лучшей доли. Более или менее стабильно держались Большой советский театр и Летний театр в Первомайском саду (там выступали  в основном гастролёры).

Вот ещё интересный факт из театральной жизни тех лет. В зимний сезон 1925– 1926 годов в БСТ практиковалось такое явление как «рабочая полоса». Это установленное количество мест, билеты на которые продавались для рабочих и их семей, главным образом для членов профсоюзов — по сниженным ценам.

Осенью 1926 года труппу БСТ набирает на московской бирже новый главный режиссёр Константин Бережной. В середине сентября в Воронеж приезжают 38 артистов. 16 октября театральный сезон открывается пьесой Д. Смолина «Иван Козырь и Татьяна Русских». В дальнейшем репертуар диктовала касса: «Евграф – искатель приключений» А. Файко, «Конец Криворыльска» Б. Ромашова, «Жизнь падшей», «Женщина, которая убила». Всего за сезон 1926 – 1927 годов на сцене БСТ было поставлено 30 пьес. И хотя были в афише «Гроза», «Гамлет», «Горе от ума», говорить о высоком искусстве в таких условиях вряд ли уместно.

И всё же известный советский искусствовед Николай Пиксанов в книге «Областные культурные гнёзда», изданной в 1928 году, выделил Воронеж среди прочих городов. Сложившаяся до этого десятилетиями репутация Воронежа как одного из самых театральных городов России, по-прежнему притягивала сюда именитых мастеров сцены. А 22 ноября 1926 года на сцене БСТ поэт-трибун Владимир Маяковский прочитал доклад «Моё открытие Америки». Понятно, что оставшаяся в городе интеллигенция не могла пропустить такое событие.