На пролётке – по проспекту

На железнодорожном вокзале всегда было суматошно и многолюдно. Приезжие с баулами, чемоданами, мешками спешили побыстрее перехватить извозчика, чтобы добраться до своего места назначения. Такое же мельтешение наблюдалось среди отъезжающих, торопящихся на поезд. Известный воронежский терапевт и литератор Галина Коротких вспоминала:

– Здание вокзала – одноэтажное, длинное, стены белого цвета. Площадь перед ним – сквер округлой формы, окаймлённый низким заборчиком из ошкуренных брёвнышек. Это нехитрое сооружение служило коновязью. Здесь провожающие привязывали лошадей. В жаркое время года некоторые кучера надевали на головы своих лошадей своеобразные парусиновые «шапочки». А чтобы скотина не оставалась голодной, её хозяева привязывали торбу с овсом к упряжке лошади.

Хотя с 15 мая 1926 года на отдельных улицах Воронежа стал ходить трамвай (прежде всего, двухлинейная линия Чижовка – Вокзал-1), но извозчиков не стало меньше. Главным внутригородским транспортом оставался гужевой. Существовала и специализация. Так, грузы перевозили на подводах ломовые извозчики, в основном – выходцы из Отрожки. Легковые извозчики – на пролётках – доставляли по адресу всех желающих.

Старожил Воронежа Михаил Веретин рассказывал:

– Место стоянки извозчиков называлось Биржа. Обыкновенно гужевой транспорт располагался возле вокзала и на улице Карла Маркса, строго по чётной стороне в направлении Каменного моста.

24 убийства

В «Отчёте о работе Воронежского городского Совета IX созыва» отмечалось, что в 1926 году было совершено значительно больше преступлений по сравнению с предыдущим годом – аж 2302, тогда как в 1925-м – 455. А раскрыто лишь 1171. Наиболее активно работали воры. На их счету оказалось 412 краж. Удалось раскрыть только 178. Следом шли казнокрады. Таких в Воронеже насчитали 163 человека.

Правоохранительные органы смогли изобличить и привлечь к суду 109 растратчиков. Грабежей было совершено 53. Не обошлось и без убийств. Их насчитали 24. Четыре из них остались нераскрытыми. Ну и, конечно, нельзя не упомянуть каждодневное пьянство (привлечено 2064 человека) и хулиганство (замешано 1084 человека). В этих неблаговидных поступках больше всего правонарушителей оказалось среди рабочих – 68 %, а наименьшее число – 25 % – среди торговцев.

Сто лет назад в Воронеже существовало пять отделений милиции: три городских, Привокзально-Троицкое и Ямское. В штате числилось 230 человек, из них десять являлись конными милиционерами. Существовала и так называемая ведомственная милиция, содержавшаяся за счёт тех учреждений, которые она охраняла. В её рядах находилось 142 милиционера. Интересен и такой факт: к органам охраны относились дворники. Кроме уборки закреплённой за ними территории, им вменялось оказывать помощь сотрудникам правопорядка. На своих участках в то время наводили порядок 414 дворников.

Больше всего в милиции служило выходцев из села. По социальному положению бывших крестьян насчитывалось 179 человек, что составляло почти 78% от общего числа сотрудников. Рабочих – лишь 3,5%, служащих и того меньше – 1%.

Под оркестр противопожарной охраны

За весь 1926 год в Воронеже случилось 49 пожаров. В среднем, получается, раз в неделю где-нибудь происходило возгорание. Нередко подобное случалось в коммуналках на общих кухнях. Какая-нибудь хозяйка оставляла без присмотра жутко шумевший примус и «безмолвную» керосинку. Или детям доставались спички…

В противопожарной охране в три смены выходил на дежурство 101 человек. Распределялись пожарные на две части. В первой на смене дежурили 45 человек, располагавших тремя автомобилями, одним насосом и двумя цистернами для воды. Вторая часть не имела современного по тем временам оборудования. За пожарными закрепили 16 лошадей, одну линейку, один машинный ход и три бочки для воды.

Кроме того, в губернском центре действовали пять добровольных дружин и духовой оркестр противопожарной охраны. Его выступления проходили по выходным в большой беседке в Первомайском саду. Руководил оркестром дирижёр и просветитель Сергей Вознесенский. В репертуаре музыкального коллектива были произведения как классиков – Моцарта, Легара, Штрауса, – так и современные советские песни. Тут же, возле беседки, стихийно возникали танцы. А чарующие мелодии вальса и танго разносились по всему проспекту Революции…