В конце ноября 2010 года Вячеслав Александрович в очередной раз приехал в родной Воронеж, в город, в котором он родился, подрастал, учился в музыкальной школе по классу скрипки и где написал свои первые музыкальные произведения. Впоследствии, поселившись в Москве, он при первой возможности убегал из столицы.

«Там всегда трудно дышится, – говорил он мне. – Особенно летом, в жару просто задыхаешься…».

Но не только неблагоприятную погоду имел в виду композитор. За его словами скрывалось и недружеское, а порой откровенно завистливое отношение со стороны коллег.

Когда в 1986 году не стало его мамы, а через 13 лет и отца, он в свои приезды останавливался у кого-нибудь из младших сестёр – Алевтины или Зои.

– У меня вы будете после девяти вечера, – предупредил Вячеслав Александрович. – Я – птица ночная, бодрствую и работаю в тёмное время суток.

Три дня подряд: 23, 24 и 25 ноября я приходил после 21 часа в квартиру сестры Овчинникова. Дверь открывала Зоя Александровна, внешне очень похожая на брата. Мы проходили в комнату, а за столом меня уже ожидал, как всегда, в домашнем махровом халате, сам композитор.

Отец его, Александр Григорьевич, из военных. В конце 20-х годов прошлого века он проходил службу в Воронеже. Здесь и встретил девушку Шуру Неведрову, на пять лет моложе его. И влюбился. Они поженились, а 29 мая 1936 года у них родился мальчик, которому дали имя Вячеслав.

– Я помню себя с двух лет, – рассказывает Вячеслав Александрович. – Мы тогда жили на улице Урицкого. Иногда у родителей собиралась компания таких же молодых людей. Пели, танцевали, веселились. Мама играла на гитаре и балалайке, отец – на аккордеоне. В доме родителей хранилось много пластинок. Заводили патефон и звучали незабвенные голоса Вадима Козина, Георгия Виноградова, Клавдии Шульженко. Я забирался под стол и слушал пластинки на уровне танцующих сапог и дамских туфель.

В шесть лет он заявил маме, что в будущем обязательно станет гениальным музыкантом.

– И она мне поверила, – продолжал Овчинников. – Мама всегда хотела, чтоб её дети обязательно учились музыке. От этого, считала она, в их душах поселятся искренность и добродетель. Мои сёстры, как и я, окончили музыкальную школу.

«Мазурка» из третьей серии

Славу приняли в музыкальную школу № 1 Центрального района Воронежа по классу скрипки. Но этого ему оказалось мало. Он без какого-либо участия и помощи со стороны начал сочинять музыку. Ему исполнилось только 9 лет, а из-под его пера вышла «Мазурка», «Вальс», балет «Дюймовочка». Позже «Мазуркой» будет начинаться третья серия фильма-эпопеи «Война и мир», а «Дюймовочка» ляжет в основу его Второй оркестровой сюиты.

Дальше путь вундеркинда от музыки Славы Овчинникова лежал в Москву – в музыкальное училище при Московской консерватории, а следом – и в саму консерваторию.

Неистребимый образ

Свою Первую симфонию Овчинников написал, ещё будучи в музыкальном училище. Её в 1961 году исполнил Большой симфонический оркестр Всесоюзного радио под управлением выдающегося дирижёра профессора А. Гаука. Успех 24-минутного сочинения был настолько оглушительным, что публика потребовала повторного исполнения. На что невозмутимый Гаук сказал: «Приходите в следующий раз».

Присутствовавший на том памятном концерте кинорежиссёр Сергей Бондарчук окончательно и бесповоротно решил, что именно такой композитор ему и нужен для будущей киноэпопеи «Война и мир». В кинокартину, получившую «Оскар», вошли 11 часов музыки, а всего Овчинников написал для киноленты более 20 музыкальных часов непрерывного звучания. По прошествии многих лет, когда и для фильмов Бондарчука «Степь», «Они сражались за Родину» Овчинников сделал музыкальное сопровождение, кинорежиссёр с нескрываемым восхищением определил место Овчинникова в ряду композиторской элиты:

«На мой взгляд, Овчинников необыкновенно, уникально талантливый музыкант и сочинитель. (На момент написания музыки к «Войне и миру» он ещё был студентом 5-го курса консерватории. – В.С.). Когда я думаю о музыке Вячеслава Овчинникова, меня всегда преследует образ неистребимости жизни. Это образ силы жизни».

С вокзала – на Николину Гору

– Меня считают неудобным человеком, – заявил Овчинников во второй вечер нашей беседы. – Да я и сам это знаю.

– Почему неудобным?

– Не могу и не люблю врать, говорю что думаю, – последовал ответ с довольно жёсткой интонацией. – Не стану никому подыгрывать и соглашаться с тем, с чем ни при каких обстоятельствах не соглашусь. Знаю, что неидеальный и со мной нелегко. Способен на совершенно безрассудные поступки: с огромными муками написанное не раз рвал и сжигал. Так произошло с Симфонией № 5. Когда Наталья Петровна Кончаловская, мама Андрея Кончаловского и Никиты Михалкова, узнала об этом, она заплакала. Мне стало горько и стыдно, но не от необдуманного поступка, а оттого, что причинил боль близкому человеку. Наталья Петровна была для меня второй мамой…

Отношения с Михалковыми-Кончаловскими – особая часть жизни Овчинникова. Началась она с того, что Вячеслав и Андрей вместе занимались сначала в музыкальном училище, а потом в консерватории, пока Кончаловский не ушёл со второго курса во ВГИК на режиссёрский факультет.

Поначалу в столице Славе пришлось несладко.

«Жить было негде и приходилось ночевать на вокзалах или у кого-то из знакомых, – делился воспоминаниями Вячеслав Александрович. – На еду денег оставалось разве что на хлеб и кефир. В то время в Москве существовали полулегальные-полуподпольные боксёрские клубы, а у меня был второй взрослый разряд по этому виду спорта. В одном из таких заведений за нищенскую плату меня взяли в качестве «боксёрской груши». Иначе говоря, начинающие в боксе на мне отрабатывали всевозможные приёмы. Бывал я бит и довольно сильно. Такая жизнь продолжалась до тех пор, пока Андрей Кончаловский не затащил меня к себе на их знаменитую дачу на Николиной Горе. Поставили даже рояль, и я обретался по многу месяцев у Михалковых-Кончаловских. А Наталья Петровна относилась ко мне как к сыну».

«Природный, воронежский»

В третий ноябрьский воронежский вечер Овчинников сказал, как отрезал:

– Писать музыку для кино – уступка вкусу. Искусство создаётся одним человеком, а кино – это промышленный конвейер.

– Так что, – спросил я, – вы больше не будете сочинять для кинофильмов?

– Ну, разве, если появятся второй Бондарчук или Тарковский, – последовал ответ.

Овчинников, сражённый народной песенной мелодией стихов Алексея Кольцова, задумал в середине 70-х годов оперу о поэте-земляке. Но никак не мог к ней приступить – всё мешала какая-то бесконечная столичная суета. И тут пришло приглашение из Воронежа отдохнуть в селе Листопадовка, что в Грибановском районе.

«Места здесь и вправду удивительной красоты, наполненные каким-то проникновенным величием, – вспоминал Вячеслав Александрович. – Из Воронежа на грузовике мне привезли рояль, настроили его. За ним-то и родилась опера «На заре туманной юности». Тогда я сделал наброски к Скрипичному концерту».

Известный воронежский поэт Александр Голубев, с которым Вячеслава Овчинникова связывали многолетние дружеские отношения, как-то отметил:

«Овчинников, безусловно, композитор органически русский по духу, более того, говоря словами шолоховского героя Андрея Соколова, – «природный, воронежский».

Не случайно, наверное, и то, что композитор обратился к народным мелодиям воронежского края и написал «Русскую рапсодию», посвящённую Воронежскому симфоническому оркестру. А в 1982 году ему довелось им ещё и дирижировать. В том памятном концерте в первом отделении прозвучали фрагменты из музыки к киноэпопее «Война и мир» и Шестая оркестровая сюита.

«Её изящная, очень простая и легко доступная музыка во многом близка его работам в кино, – отмечал музыкальный критик Юрий Левашов. – Дополняет впечатление о сюите мастерская, нарядная и очень органичная оркестровка». Второе отделение концерта Овчинников посвятил П.И. Чайковскому.

В тот приезд в родной музыкальной школе, у входа в которую пять лет назад появилась на стене мемориальная доска, посвящённая В.А. Овчинникову, композитор представил свой альбом фортепианных пьес «Шаг за шагом» для детей и юношества.

Овчинников всегда помнил, откуда он вышел. И где его корни.

В ТЕМУ

В июне прошлого года в Воронеже состоялся Международный конкурс композиторов имени Вячеслава Овчинникова. В нём приняли участие представители Италии, Беларуси, Узбекистана, КНР, Казахстана, Анголы, Молдовы.  А в мае 2026-го  в столице Черноземья завершился Всероссийский конкурс пианистов имени нашего прославленного земляка.