Воронеж ясно +24°
USD
89.07
EUR
95.15
Предложить новость
Прямой эфир
11:01 19.04.2023
12 мин
0
2719

Сотрудница воронежского архива: «Реставратор – врач для документов»

11:01 19.04.2023
12 мин
0
2719
Сотрудница Государственного архива Воронежской области уже 40 лет восстанавливает старинные бумаги с помощью скальпеля, ножниц и кисточки
Автор фото: Виталий ГАРКУША

Время остановить невозможно. Но в силах человека сохранить для потомков свидетелей — документы и книги, которые смогут рассказать об ушедшей эпохе. Именно этим большую часть своей жизни занимается главный архивист отдела обеспечения сохранности Татьяна Голоденко. О том, почему реставрировать бумаги начала XIX века бывает легче, чем документы на сто лет моложе, зачем реставраторам медицинский спирт и какие архивные дела приходится восстанавливать повторно, Татьяна Андреевна рассказала корреспондентам TV Губернии.

Из учителя – в реставратора

На рабочем столе реставратора — картонная папка с документами. Архивное дело озаглавлено: «Прошения помещиков Воронежской губернии о неправильном взыскании с их имений рекрутов по 18-му набору. 1810 год». Ветхие, изъеденные временем, листы в папке готовы рассыпаться в руках. Но такие же страницы, лежащие рядом на столе, выглядят ровными и прочными. «Берите, не бойтесь, — предлагает Татьяна Андреевна, — эти уже готовы». На большом листе непривычно плотной синеватой бумаги разбираем написанные мелким почерком слова «Его превосходительству… от бобровского помещика, титулярного советника… покорнейше прошу…».

– О чём говорится в этом прошении, я не знаю, — пожимает плечами мастер. — Наша функция только отреставрировать документы. Иногда не бывает времени даже мельком их посмотреть. Для чтения есть свои исследователи и специалисты.

За один рабочий день реставратор возвращает к жизни не менее 25 документов. А сколько она спасла их за все годы работы, подсчитать невозможно.
В архив Татьяна Голоденко пришла в ноябре 1975 года. До этого успела окончить Воронежский педагогический институт и получить специальность учителя географии и биологии. Затем по распределению два года трудилась в сельской школе, но поняла, что работа с детьми — не её призвание.

— Меня всегда привлекало не столько общение с людьми, сколько работа с книгами и документами, — вспоминает Татьяна Андреевна. — Вот архив, библиотека — это моё. Я человек непубличный, усидчивый, склонный к кабинетной работе. Когда вернулась в Воронеж, мне предложили место в архиве. С ноября 1975 года работала в отделе комплектования. Ходила по организациям, оформляла передачу документов в архив на хранение. Потом предложили перейти сюда, и на днях исполнится 40 лет, как я работаю реставратором. Специальных учебных заведений для нашей специальности нет. Меня обучала моя предшественница. Раньше руки тряслись — так боялась взять рассыпающийся документ. Потом привыкла.

Глаза боятся, а руки делают

Работа реставратора в основном ручная. Оборудование (например, пресс) только закрепляет результат. Основные же инструменты — ножницы, скальпель и кисточка. А в дополнение к ним — знания, опыт и чуткие руки.

«Лечение» документа начинается с диагностики. Чем «болен» лист бумаги — гнилью, работой насекомых-вредителей, последствиями неосторожного обращения? Затем обязательно надо проверить, не расплываются ли чернила текста. До середины XIX века бумагу делали на тряпичной основе, а чернила — из дубовых орешков.Такие чернила практически несмываемые. А вот химические, которые появились позже, очень часто размываются. Увлажнять во время работы такой лист ни в коем случае нельзя, иначе текст окажется утраченным. Для документов, написанных расплывающимися чернилами, существуют особые способы реставрации, например инкапсулирование — заключение листа между двумя плёнками, которые не оказывают негативного влияния на его основу. Заламинировать лист нельзя — реставрация должна быть обратимой, и делать её надо так, чтобы не причинить документу вреда.

Прошения воронежских помещиков написаны стойкими чернилами и лишь с одной стороны листа — работать с такими документами проще. Реставратор пульверизатором увлажняет лист с двух сторон, чтобы волокна растянулись равномерно. Бережно расправляет замявшийся край скальпелем, им же удаляет безнадёжно испорченный гнилью фрагмент на полях. Взамен подбирает бумагу того же цвета и подклеивает к листу с обратной стороны. Бумага не отрезается ножницами, но аккуратно обрывается, чтобы её край был волокнистым и лучше лёг на основу документа.

Клей реставраторы делают сами по старинному рецепту из муки высшего сорта. Татьяна Андреевна жалуется, что мука теперь не та, что раньше, и клей из неё получается уже не такой качественный. В клей для дезинфекции добавляют медицинский спирт. Считается, что он убивает грибок.

Затем лист покрывается парафинированной бумагой и на сутки кладётся под пресс. Под прессом листы расправляются; их вынимают и обрезают по формату. И, наконец, лист покрывают конденсаторной бумагой для закрепления. Если этого не сделать, основа осыплется.

— Мы не приводим документы в первозданный вид, а лишь восстанавливаем его бумажную основу, — объясняет Татьяна Андреевна. — Документы уникальны и существуют в единственном экземпляре. Если окажется испорченной печатная продукция — книга или газета — можно сделать запрос в другой библиотеке. Но узнать, что было написано на утраченном фрагменте документа, невозможно. В наших силах лишь спасти лист от дальнейшего разрушения. Мы приводим его в такое состояние, что читатель сможет взять документ в руки и работать с ним.

Не обновляют реставраторы и выцветшие чернила. Если текст исчезает и может быть утрачен, его распечатывают на компьютере и вставляют в дело. Теперь в любом случае содержание документа сохранится.

«Залечить» последствия войны

Требующие «лечения» документы попадают на стол реставратора разными путями. Чаще всего они приходят из читального зала. Сотрудники находят требуемый документ, видят, что в таком состоянии выдавать его нельзя, и отправляют на реставрацию.

Сегодня в архиве не менее строго, чем в любом музее, поддерживается определённая температура и влажность. Однако так было не всегда. Во время боёв за Воронеж часть архива оказалась в помещении Успенской Адмиралтейской церкви. Мощное здание устояло и спасло бумаги от огня. Но во время разлива в церковь проникла вода, а вместе с ней и гниль, которая поражала бумагу. И десятилетия спустя реставраторы продолжают залечивать последствия войны.
Иногда повреждённые документы находят во время сканирования. Архив оснащён десятью современными сканерами, и фонды активно оцифровывают. Но общее количество дел в хранилищах — около миллиона. Как подсчитали сотрудники, цифровизация всех документов закончится нескоро — через 150 лет.
При плановой проверке документов тоже случается находить ветхие дела.

— Некоторые дела, которые часто требуются исследователям, возвращаются к нам на повторную реставрацию, — объясняет Татьяна Андреевна. — Исследователь тоже может являться источником порчи. Если документ отреставрирован, его нельзя больше мочить, иначе он вспучится, а читатели иногда слюнявят пальцы, когда перелистывают страницы. Бывает, после чтения страницы лохматятся или рвутся. Например, мне дважды пришлось реставрировать документ о сборе денег на памятник Никитину.

За 40 лет через руки реставратора проходили самые разные документы: и по содержанию, и по материалу, и по степени сохранности. Так, в 20-е годы прошлого века из-за послевоенной разрухи возник дефицит писчей бумаги. Многие документы писали на папиросной, которую изымали с табачных фабрик. Такие дела расползаются, когда подгнивают, и работать с ними тяжело. Ещё труднее иметь дело с калькой. На кальке делали чертежи усадеб, домов и фабрик. Во время реставрации их приходилось собирать из кусочков, как пазл.

Сейчас на рабочем столе дожидается своей очереди печатная книга конца XVII века — служебник, отданный по указу Воронежского епископа Митрофана строителю Семилукской пустыни. В книге, которую держал в руках святитель, около 200 страниц. Пройдёт немного времени, и нечитаемое бумажное крошево превратится в твёрдые листы.

— Кажется, что сейчас я могу отреставрировать любой документ, — считает Татьяна Голоденко, — но работа постоянно ставит новые задачи. И учиться приходится всю жизнь.

Дмитрий КОЛЕСНИЧЕНКО

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Оставляя комментарий, вы соглашаетесь с правилами общения на сайте tv-gubernia.ru. Чтобы отслеживать ответы и реакции пользователей на ваши комментарии, необходимо авторизоваться.

Самое читаемое

Читайте также

Все новости

Последние комментарии

page load time: 0,28184795379639