«Мой тихий сон», «Куда мне деться в этом январе», «Я ненавижу свет однообразных звёзд» и другие произведения, отрывки и эпиграммы одного из величайших поэтов ХХ века Осипа Мандельштама звучали в тишине парка «Орлёнок». Кто-то читал по бумажке, — всё же мандельштамовский слог не так прост для запоминания. Но истинные ценители знают эти строчки наизусть.

«…Кружевом, камень, будь,
И паутиной стань,
Неба пустую грудь
Тонкой иглою рань!..»

Говорит Людмила Фоломеева, заведующая отделом обслуживания читателей Центральной городской библиотеки им. Андрея Платонова:
«Поэт — на все времена. Им интересуется и подрастающее поколение, его произведения цепляют за душу. К нему можно по-разному относиться, но равнодушным к нему нельзя остаться».

Советская власть к творчеству Мандельштама равнодушной тоже не осталась. В 1928-м выходит в свет его последний прижизненный стихотворный сборник. Потом — тишина. Осип Эмильевич продолжал работать, занимался переводами, самостоятельно изучил итальянский, чтобы прочитать в оригинале «Божественную комедию» Данте. А потом наступил роковой 1933-й. И жизнь поэта кардинально изменилась.

В ноябре 1933 г. выходит знаменитая роковая эпиграмма, адресованная вождю: «Мы живём, под собою не чуя страны». В июне 1934-го поэт вместе с семьёй переезжает в Воронеж на три года ссылки. Здесь, в «Большом Советском театре» (сейчас это драмтеатр им. Кольцова), Мандельштам работает литературным консультантом до 1937 года.

Неслыханная щедрость: Мандельштаму позволили самому выбрать место ссылки. На семейном совете решили ехать в Воронеж. Во-первых, недалеко от столицы, во-вторых, город культурный: с университетом, большой библиотекой, музеями и симфоническим оркестром. Еще одно послабление от властей, — Мандельштаму не запрещают заниматься литературной деятельностью. Он пишет рецензии в журнал «Подъём», подрабатывает в газете и сочиняет.

«…Куда мне деться в этом январе?
Открытый город сумасбродно цепок.
От замкнутых я, что ли, пьян дверей?
И хочется мычать от всех замков и скрепок…»

Говорит Семён Кравцов, студент Воронежского колледжа железнодорожного транспорта:
«Поэт, который прочувствовал целую эпоху, отдельно через её людей. И вот, при каких бы обстоятельствах поэт ни попал бы сюда, в Воронеж, он передал чувство города, сделал имя городу с большой буквы».

Стихотворения Мандельштам записывает в школьные тетрадки и под каждым из них ставит букву «В», обозначающую город. Так появились на свет знаменитые «Воронежские тетради», опубликованные уже после смерти поэта.

Рассказывает Галина Умывакина, председатель правления Воронежского регионального отделения Союза российских писателей:
«Гулял он в Кольцовском сквере около известного бюста Кольцову и сказал или полуспросил, что ли, своего собеседника: а как вы думаете, в Воронеже мне когда-нибудь поставят памятник? Это тоже был такой дерзкий очень, поэтический вопрос. Ссыльный поэт думает: а поставят ли ему в Воронеже памятник».

«…Мой тихий сон, мой сон ежеминутный,
Невидимый, завороженный лес,
Где носится какой-то шорох смутный,
Как дивный шелест шелковых завес…»

Говорит Мария Соколовская, поэт:
«Я, как человек, который тоже пишет стихи, ценю его за звучание. Моё любимое стихотворение «К Батюшкову» поразило именно сочетанием звуков. Даже не смысловая нагрузка! И то, какую жизнь прожил Осип Мандельштам, меня так не трогало, как тронуло звучание его стихов».

Зная ноты, Мандельштам буквально «омузыкаливал» собственную лирику, вбирая мотивы известных композиторов. Он насыщал свой слог образами архитектуры и простыми предметами, в которых искал мистический смысл: суть камня, дерева, глины. Хотел познать необъяснимое и преодолеть смерть. Умер Осип Эмильевич в декабре 1938 г. в пересыльном лагере, откуда опального поэта должны были отправить во Владивосток. Полностью он был реабилитирован только в 1987 году.