Есть такая профессия – делать ручные ткацкие станки. Даже в сегодняшнем разнообразии видов деятельности подобная деятельность выглядит крайне нестандартной. Впрочем, воронежец Владимир Павленко, уже более десятка лет создающий такую технику, совершенно не производит впечатление человека, который специально искал себе дело понеобычней. Так, что называется, сложились звёзды.

Цифровая перспектива 

– По образованию я – лётчик-инженер, закончил Борисоглебское лётное училище имени Валерия Павловича Чкалова, – рассказал Владимир. – В какой-то момент меня пригласили на мебельную фабрику начальником производства. И это был мой первый шаг в направлении работы с деревом. Позже я перешёл на ткацкую фабрику. Там, когда решались технические вопросы по поддержанию станочного парка в рабочем состоянии, я искал комплектующие и постоянно сталкивался с объявлениями о продаже ручных ткацких станков. Через какое-то время решил самостоятельно спроектировать нечто подобное. Выложил проект своего станка в Сеть, и чуть меньше года спустя нашёлся первый заказчик. Потом стал активно разрабатывать более сложные модели. И, что называется, процесс пошёл.

Лет через десять хобби фактически стало новой профессией Владимира Павленко. Эксклюзивность его изделий и их качество сделали рекламу и прочую информационную активность ненужными: сарафанное радио замечательно справляется со своими обязанностями. Расширять производство, говорит Владимир, пока целесообразности нет. Куда интереснее выпускать новые, более технически продвинутые модели. Например, те, которые предполагают компьютерную «начинку», чтобы у ткачей была возможность воспроизвести более замысловатые орнаменты и реализовать непростые цветовые решения.

Движение в этом направлении уже идёт. Правда, программным обеспечением Владимир Павленко самостоятельно не занимается. Вся работа по «цифре» заказывается у программиста. Так, уточняет мастер, и быстрее, и лучше в плане качества конечного продукта.

– Мне было важно, чтобы в процесс включился специалист, – пояснил Владимир. – Если что-то делать, то делать хорошо. Сейчас вся эта история находится на стадии исправления багов. Для этого существует даже отдельная профессия – тестировщик. Но тут я уже обхожусь своими силами. Дело это небыстрое: параллельно же идут заказы, которые нужно выполнять, а ещё – заниматься отправкой готового оборудования. Тем не менее результат придёт: всё-таки в России такого пока ещё никто не делал, а быть первым ценно.

Такие «агрегаты» занимают в комнате порядка 2–2,5 кв. м. И сложить эту конструкцию для лучшей эргономики не получится. Плюс, что ни говори, техника недешёвая – подобные станки могут стоить от 40 до 250 тысяч рублей.

Навстречу люксовым брендам

Эстетика у изделий Владимира Павленко на высоте: они не только в полной мере выполняют свои функции, но и привлекают внимание. Радуют, что называется, и гостей, и хозяев. Если, конечно, грамотно «вписать» станок в интерьер. О чём не понаслышке знают дизайн-студии: нередко заказы приходят именно от них.

А ещё ручные ткацкие станки очень активно используют большие люксовые бренды. В России подобная практика пока не распространена. Видимо, в силу нашего менталитета: у нас почему-то до сих пор хэнд-мейд (ручная работа) зачастую не считается чем-то дорогим и ценным. Но мировые «гранды» уже давно взяли на вооружение такую стратегию.
Рост числа заказов заставил Владимира задуматься о создании собственной мастерской: для полномасштабной реализации идей требуется достаточно много пространства.

– Долго я работал в гараже, на двадцати квадратных метрах, – вспомнил наш герой. – Было тесно, крайне некомфортно. На такой площади проблематично даже разместить средства индивидуальной защиты… В какой-то момент стало понятно, что без полноценной мастерской не обойтись. Идею об аренде помещения я даже не рассматривал: на мой взгляд, это бесполезная трата денег. Своё – это своё. Поэтому пришлось строить всё с нуля. Но в итоге я доволен.

И заказчики довольны. А значит, впереди и другие разработки. Ещё более совершенные.