11 июня в Воронежском областном литературном музее им. Никитина откроется новая экспозиция под названием «Страна «Маршак» (0+). Почему классик детской литературы предстаёт перед гостями как пассажир поезда и какие грани его таланта до сих пор оставались в тени, TV Губернии рассказала директор литмузея Светлана Деркачёва.

— Новую экспозицию решили стилизовать под железнодорожный вокзал и литературный поезд. Почему?

— Это главная метафора нашего проекта. Поезд для Самуила Яковлевича — одно из самых ярких впечатлений детства и вечный символ движения в неизведанное. Мы приглашаем посетителей стать пассажирами этого «поезда судьбы». Маршак ведь всю жизнь был в пути: из родного Воронежа — в Острогожск, затем в Петербург, из России — в Англию и обратно. Каждый «вагон» экспозиции — это новая, порой неожиданная грань личности писателя.

— Многие привыкли воспринимать Маршака исключительно как детского писателя. Что нового откроет для себя посетитель экспозиции?

— Наша цель — показать истинные масштабы этой фигуры. Маршак — это не только «Кошкин дом» или «Сказка о глупом мышонке». Это глубокий лирик, острый сатирик, блестящий драматург и, конечно, гениальный переводчик, открывший нам Шекспира и Бёрнса. В первом зале «Многоликий Маршак» мы рассказываем, как в одном человеке уживались эти ипостаси. Все они брали начало в детстве, в его неутолимой жажде познания.

— Далее мы попадаем в «вагон» драматургии. Правда ли, что Маршак стал писать пьесы для детей от безысходности?

— В каком-то смысле — да. Его талант драматурга по-настоящему раскрылся в Екатеринодаре. Там он организовал один из первых в стране детских театров, но столкнулся с проблемой: играть было совершенно нечего. Тогда Самуил Яковлевич сам взял в руки перо. Именно так родились знаменитые пьесы, например, «Кошкин дом». Но, конечно, Маршак возвращался к драматургии всю жизнь. Удивительно, но светлая, сказочная история «Двенадцать месяцев» появилась во время Великой Отечественной войны. Это был способ Маршака подарить надежду и тепло в то время, когда это было нужнее всего.

— Как ещё в экспозиции отражена работа Маршака в военные годы? Вы упоминали сатиру…

— Да, это ещё одна «станция» нашего путешествия. Во время войны хлёсткое, острое слово Маршака стало настоящим оружием. Его стихи печатали в «Правде», они звучали на фронте, их можно было увидеть на патриотических плакатах и даже на обёртках солдатской провизии. Навык мгновенно откликаться на события дня Маршак отточил ещё в молодости, работая в газетах. Интересно, что этот острый сатирический стиль остался с ним и после войны: в наших витринах можно увидеть сборники, где он продолжал обличать общественные пороки уже в мирное время.

— Исследователи считают, что именно опыт сатирика неожиданно помог Маршаку в переводах. Как это связано?

— Сатира требует точности и естественности языка, и эти качества стали фундаментом его мастерства как переводчика. На нашей «карте переводов» в экспозиции ярко выделяются имена Уильяма Шекспира, Роберта Бёрнса и Уильяма Блейка — их он перевёл больше всего. Поразительно, но его работы звучат на русском так живо, будто они изначально были написаны на нашем языке. Дело в том, что Маршак переводил не по заказу, а «по любви». Он выбирал авторов, которые были ему созвучны. К переводам он относился так же трепетно, как к собственной лирике.

— Кстати, лирическое наследие Маршака часто остается в тени его детских стихов. Как экспозиция помогает восстановить справедливость?

— Мы акцентируем внимание на книге «Избранная лирика». Это не просто сборник, это настоящий духовный автопортрет поэта. Стихи для этой книги складывались десятилетиями, и сам Самуил Яковлевич считал их итогом всей своей внутренней жизни. Посетив экспозицию, зритель увидит, что за знакомыми с детства строчками скрывается тонкий мыслитель и философ.

— Во втором зале мы словно попадаем в саму книгу. Расскажите о концепции пространства «Мир, который создал Маршак».

— Это уникальная площадка, где каждое стихотворение оживает. Мы хотели, чтобы посетители могли не просто читать, а играть, на практике постигая принципы поэтики Маршака. Наша прогулка по этому миру начинается с «Зоосада». Это символично, ведь «Детки в клетке» — первая детская книга Самуила Яковлевича. Здесь через ритм и интонацию он мастерски передаёт характер каждого зверя. Например, наш тигрёнок сразу предупреждает: «Эй, не стойте слишком близко, я тигрёнок, а не киска!»

А ещё есть «квартира» для знаменитых сорока четырёх чижей. Мы предлагаем гостям заглянуть в их забавный быт. Можно не просто смотреть, но и помогать птицам распределять обязанности: расставлять чижей с поварёшкой, с кочерёжкой или с решетом.

Рядом расположился и другой знаменитый герой Маршака — капризный мышонок. С помощью специального модуля дети могут попробовать подобрать ему няньку или узнать продолжение истории о том, как хитрому малышу всё же удалось выбраться из лап кошки.

— То есть вся экспозиция – интерактивная?

— Да, и прямо из зала можно «умчаться на далёкую Амазонку» или повторить путь легендарного заказного письма. У нас есть интерактивная карта, где посетители ведут «письмо» по маршруту: Ленинград – Берлин – Лондон – Бразилия и обратно. Открывая специальные плашки по пути, можно узнать множество интересных фактов о тех странах, где «путешествовало» письмо Бориса Житкова.

А далее мы снова возвращаемся на импровизированный вокзал, где нас ждёт Человек Рассеянный с улицы Бассейной. Это место наполнено добрым абсурдом и юмором. Посетители должны помочь герою прийти в порядок. Читая строчки стихотворения на выдвижных плашках, мы вместе исправляем его ошибки: например, вместо сковороды, которую он надел «на ходу», предлагаем ему настоящую шапку. Это идеальный финал прогулки — через игру и смех прийти к глубокому пониманию классики.

— На какую аудиторию вы ориентируетесь? Это только для школьников?

— Вовсе нет. «Страна Маршак» поделена на несколько уровней восприятия. Дети оценят игровую механику, крупные ростовые декорации и возможность всё трогать руками. Но для взрослых мы подготовили глубокий пласт, посвящённый Маршаку-переводчику, дипломату, издателю, сатирику и драматургу. Это серьёзное исследование судьбы большого поэта в большой истории.

— И напоследок личный вопрос. У каждого есть «свой» Маршак из детства. Какое произведение Самуила Яковлевича ваше любимое и почему?

— Мой безусловный фаворит — «Вересковый мед». Это не просто перевод баллады Стивенсона, это самостоятельный литературный подвиг Маршака. Здесь чувствуется невероятная несгибаемость человеческого духа. Для меня эта баллада — метафора самого Самуила Яковлевича. В тяжёлые исторические времена он, подобно героям этого произведения, сумел сохранить «секрет» своей внутренней свободы и чистоту таланта. Мне кажется, это очень воронежская черта — внешняя скромность при огромной внутренней силе. Когда читаешь эти строки, понимаешь, что Маршак — это не только добрые сказки, это глубокая, мужественная поэзия на все времена.