Три пророчицы вращаются, как веретено. Словно из воздуха ткут саму судьбу. Одна из самых знаменитых пьес Шекпира основывается на жизни реального короля — Макбета. Но по сюжету трон главному герою только нашёптан ведьмами. Сначала он не верит в пророчество, но как только предсказание начинает сбываться, в душе Макбета просыпается жажда власти.

В многогранный шекспировский текст вчитывались неоднократно, сравнивали переводы. Старались уловить суть каждого персонажа. Герои пьесы — участники кровавой борьбы за власть, но у режиссёра Бориса Алексеева — это всего лишь люди, которые даже не успели осознать всё, что натворили.

Говорит актриса Мария Соловей, исполнительница роли Леди Макбет:

«Эти герои приравнивают себя к вседозволенности, к уровню «Бог». И если бы я была такого характера, то, наверное, была бы обречена на погибель».

Поставить Шекспира, признаются в театре, — большой шаг и выход на новый уровень. До этого в Никитинском не брали такие масштабные постановки. К тому же, знаменитая пьеса много лет не сходит с подмостков, пользуется популярностью у режиссёров, — и важно было не повториться, но в то же время — ставить именно Шекспира, а не спектакль на тему «Макбета».

Говорит Борис Алексеев, режиссёр, художественный руководитель Никитинского театра:

«Когда говорят «Шекспир в исторических костюмах», то всё время возникает вопрос: а в каких таких исторических, если порой у него в пьесе даже не обозначено время действия. Ну, в «Макбете» обозначено. Но если внимательно посмотреть, то это одиннадцатый век, Шотландия. Мы исходили из этого. Но это средние века, тёмные века. Это ещё почти дикарская какая-то цивилизация. Собственно, вот такую дикарскую цивилизацию мы и пытаемся воссоздать на площадке».

Военные барабаны, камни и доски: грубый реквизит — намёк на первобытность. Вместо оружия у героев молотки и гвозди, которые они вбивают в деревянные доспехи друг друга. Вообще, гвоздь в спектакле — символ смерти. И не случайно корона Макбета тоже сделана из гвоздей. Как говорит режиссёр Борис Алексеев, в шекспировском тексте так много глубины, что спектакль и после премьеры будет дорабатываться, меняться, обрастать деталями.